Правозащитница Козловская: Относительно Савченко должна работать тихая дипломатия!

514

Автор: Анастасия Рингис
Джерело: Українська Правда

Людмилу Козловскую в Европарламенте считают одним из главных неформальных лоббистов Украины. Это именно она и ее правозащитная фундация «Открытый Диалог» не дают забыть евродепутатам о Надежде Савченко, Олеге Сенцове и еще 26-ти украинских заложниках Кремля.

Сотрудники «Открытого Диалога» участвовали в ряде серьезных международных процессов по защите прав и свобод на территории постсоветских стран, сейчас сотрудники фонда задействованы в реформе Интерпола.

Путь из активистов в правозащитники

Людмила Козловская выросла в многодетной семье. Она хорошо помнит, каким был Севастополь середины 90-х – русским городом, завешенным российскими триколорами.

То ли из чувства справедливости, то ли из желания как-то выделиться 13-летняя школьница под влиянием учительницы решила открыть библиотеку украинской литературы и организовать литературные «вечорниці».

Она была настолько убедительна, что городские власти выдали ей ключи от небольшой комнатушки в промзоне. Вместе с родственниками и учительницей ей удалось сделать ремонт, а потом собрать небольшую библиотеку. Но спустя пару месяцев, на это помещение стало претендовать руководство Черноморского флота, имевшее, как выяснилось, все законные основания.

Школьница написала два десятка писем, но отстоять свой уголок ей так и не удалось.

На первом курсе университета Людмила Козловская стала членом молодежного движения «Фундация региональных инициатив», которой руководил тогда Александр Солонтай, один из лидеров партии «Сила людей».

pkvs1
Людмила Козловская с Джорджем Соросом во время празднования 25-летия фонда «Возрождение» в Киеве

Как-то Козловская съездила по обмену в один из британских вузов, откуда вернулась с новой системой оценок преподавателей студентами. В 22 года она стала стипендиатом Европейской коллегии польских и украинских университетов (проект был основан на базе Университета им. Марии Склодовской-Кюри и Люблинского католического университета имени Иоанна Павла II).

Учась в Польше, Людмила поддерживала контакты с активистами из Узбекистана, Казахстана, Таджикистана. Они часто писали ей, просили совета по организации акций и информационному сопровождению.

В 2008–м Козловская познакомилась с правозащитницей из Узбекистана, защищала активистов, которые остались в стране и не имели возможности выехать. Президент Ассоциации «Права человека в Центральной Азии» Надежда Атаева показала Людмиле Козловской, как работают правозащитники.

Благодаря письмам, акциям и широкой огласке Людмиле Козловской и Надежде Атаевой удалось вытащить из тюрьмы независимых журналистов Казахстана, освещавших коррупцию и нарушение прав человека в стране.

pkvs2
Демонстрация в поддержку Савченко у посольства России в Варшаве, организованная фундацией «Открытый диалог»

В 2008-м году Козловская и еще несколько активистов из Казахстана, Узбекистана, Киргизстана организовали в Польше форум по правам человека в Центральной Азии. Тогда на конференцию приехал Мухаммад Салих, один из кандидатов в президенты Узбекистана, которого позже изгнали из страны и долгие годы преследовали.

На одной из конференций Amnesty International Козловская познакомилась с Анджеем Гжибом, польским евродепутатом, заместителем председателя подкомиссии по правам человека в Европарламенте. Он то и пригласил ее впервые в Европарламент, выступить с докладом о ситуации с правами человека в Казахстане и Узбекистане.

Права человека и работа правозащитников

Как правозащитники работают с депутатами?

Например, когда евродепутаты готовят отчет о сотрудничестве между ЕС и странами Центральной Азии, они должны знать из первоисточников, что в этих странах происходит. От евродепутатов зависит, вспомнят ли они вообще о правах человека или нет.

Задача правозащитников – максимально донести реальное положение дел.

«Очень много лоббистских групп, которые пытаются заблокировать все вопросы, связанные с правами человека. Права человека – это очень неудобно. Нельзя, например, подписать какой-то выгодный контракт, если правительство нарушает права человека», говорит правозащитница.

Поэтому, чтобы привлечь внимание к нарушению прав человека приходится действовать точечно – искать депутатов, которые проникнутся конкретной историей и смогут включить в отчет.

pkvs3
С Олесей Жураковской, медсестрой, получившей ранение на Майдане

В 2011-м на западе Казахстана в городе Жанаозен проходил более 7 месяцев мирный протест нефтяников. Причиной были махинации с выплатами зарплат со стороны руководства добывающих компаний и нарушения трудового законодательства. Но было принято решение придавить протест.

В результате в городе введено было чрезвычайное положение и информационная блокада. Полиция расстреляла, по свидетельствам активистов и жителей города, около сотни человек. Независимого расследования не было проведено. Десятки активистов попали в тюрьму, среди них и адвокат профсоюза нефтяников Наталья Соколова.

«За три года мы смогли добиться освобождения всех 37 активистов, в том числе Натальи Соколовой. Нашим оружием были отчеты, на их основе были сделаны запросы евродепутатов, публичные слушания, а потом резолюции, блокирующие дальнейшее сотрудничество с Казахстаном», – рассказывает Козловская.

Единственный, кто остается в заключении по жанаозенским процессам – это оппозиционный политик Владимир Козлов, осужденный на 7,5 лет. Он представил отчет о пытках и расстрелах в Жанаозене в стенах Европарламента и сразу же после возвращения в Казахстан его арестовали.

Людмила Козловская умеет находить нетривиальные решения.

Например, в 2011-м чтобы привлечь внимание к преследованию активистов протестного движения в Жанаозене, она вместе с правозащитными организациями добивалась отмены концерта Стинга, который должен был выступать в Астане в честь дня рождения Нурсултана Назарбаева. Ее задача была собрать и пояснить ситуацию со свободой слова и преследованиями нефтяников в Казахстане для Amnesty International. В результате певец отказался от внушительного гонорара и посещения страны и публично поддержал нефтяников.

Как борются за украинских заложников Кремля

«Когда мы узнали о том, что украинская летчица Надя Савченко попала в плен, мы сразу поняли, что ей отвели роль якоря российской пропаганды. И у нас будет непростая миссия», – вспоминает Людмила Козловская.

10 июля 2014-го она позвонила Марку Фейгину, с которым уже была знакома по делу казахского опального олигарха и оппонента действующего президента Казахстана Нурсултана Назарбаева Мухтара Аблязова и предложила взяться дело Надежды Савченко.

Первая цель была предотвратить пытки в отношении заложницы.

pkvs4

Почему Фейгин?

«Я точно знала, что он тот адвокат, который, зная, что человек не виновен, будет стоять до конца. Не подпишет документов, выгодных следствию о неразглашении дела, будет поддерживать максимальную публичность ее дела. Он за нее душу готов отдать. И он сейчас рискует своей жизнью, и я не драматизирую…», уверяет правозащитница.

Многие обвиняют адвокатскую группу Савченко в излишнем пиаре.

Но только не Козловская. Она говорит: «У правозащитника два инструмента – пиар, то есть максимальная публичность, и лоббизм».

Пока адвокаты знакомились с материалами дела, российская пропаганда уже подключила свои медиаресурсы в Европе, чтобы демонизировать образ Савченко.

Правозащитники «Открытого Диалога» перевели документы дела, аргументы защиты, биографию летчицы на большинство европейских языков. Они встречались с депутатами и журналистами-международниками и лично объясняли всю ситуацию.

Каждая формулировка на первоначальном этапе, по ее словам, имела принципиальное значение, поэтому иногда на согласование ключевых документов уходили недели.

Чтобы донести реальное положение дел до евродепутатов, команда Козловской предпринимает нестандартные ходы проводит акции, выставки, приглашает реальных участников событий на встречи с евродепутатами, организовывает поездки в зону АТО для европарламентариев, журналистов, экспертов.

Осенью этого года вместе с Центром общественных Свобод и польскими разработчиками виртуальной реальности The Farm 51, «Открытый Диалог» будет презентовать «виртуальное погружение» в условия жизни и войны в АТО для тех, кто никогда там не побывает, но смог бы осознать условия и реалии при помощи новых технологий.

Людмила Козловская говорит, что переговорный процесс по Савченко сейчас зашел в тупик, поскольку Путин понимает, что отпустив Савченко, он даст слабину. С другой стороны – давление санкций настолько усилилось, что и не выпустить ее он не может.

pkvs5

У «Открытого Диалога» есть своя собственная стратегия, но большую часть информации они не озвучивают публично.

Но не по всем вопросам удается прийти к единому мнению.

Так в марте в Европарламент, после заявления евродепутатов о необходимости введения Списка Савченко во главе с Путиным, было передано два «доработанных» списка для воплощения этой цели. Первый был составлен правозащитниками вместе с российской оппозицией на Форуме Свободной России и включал 49 российский чиновников и политиков, ответственных за суд над украинской летчицей. Причем возглавлял список Владимир Путин.

Второй список президент Порошенко передал президенту Европарламента Мартину Шульцу в середине марта. Но в нем уже не оказалось пяти ключевых высокопоставленных чиновников, в том числе Путина, но появились фамилии рядовых прокуроров.

Хотя 40 фамилий из обоих списков совпадают, именно наличие политиков во главе с Путиным имеет принципиальное значение для освобождения Савченко. Поскольку те, кто был включен в список от Порошенко вместо политиков – рядовые прокуроры и следователи, не будут принимать решения.

Также правозащитники разделили 28 украинских политических заложников Кремля между группами евродепутатов из конкретных стран. По словам Козловской, такой патронат необходим, чтобы депутаты чувствовали свою ответственность и быстро подключались к кампаниям по давлению на РФ.

Правозащитники ищут средства для реализации правозащитной кампании, а де-факто публичных слушаний и личных встреч в национальных парламентах европейских стран, чтобы непосредственно очевидцы событий могли рассказать о том, что происходит с украинскими узниками Кремля.

Как показала практика, такая стратегия помогает добиться введения санкций к российским политикам и чиновникам.

Как и другие правозащитные организации «Открытый Диалог» занимается фандрайзингом. Людмила Козловская честно признается – когда не хватает своих средств, помогает муж Бартош Крамек, известный польский PR-специалист, владелец консалтинговой компании.

Сам он был координатором международной миссии «Открытого Диалога» во время ЕвроМайдана, снабжал бронежилетами, передавал медицинские препараты, выдумывал акции как, например, и блокаду въезда «Ночных Волков» в Польшу.

И сейчас Бартош Крамек в польском медиапространстве стал своеобразным адвокатом Украины. Российская власть вкладывает немало средств в искажение ситуации в Украине, что, к сожалению, заметно влияет на уровень поддержки поляками украинцев. Бартош Крамек пытается это объяснить польскому обществу.

Людмила Козловская не устает повторять: публичность – единственная наша защита.

Её персональная война похожа на шахматную партию, где каждый следующий ход тщательно продуман.

Людмила Козловская хвалит свою команду, и говорит, что они настоящие бойцы. «Может это прозвучит самонадеянно, но мы участники геополитики и способны на многое повлиять», – уверена правозащитница.

Вам также могут понравиться

Комментарии закрыты, но трэкбэки и Pingbacks открыты.